Порой выход возможен лишь через трещину в мироздании. И да не дрогнет рука расколоть его, как орех! (©Элан Морин Тедронай)
Делай добро и бросай его в воду
("Ух ты, говорящая рыба!")
Кто ещё помнит, что я не только громы способен метать, но и весело смеяться, тот поймёт, что нас ожидает "Лола Эстебан Part 3" Итак, занавес, вернее - звонок после многотрудного дня и слишком короткой ночи. Едва продрав глаза и ещё не успев повысить концентрацию кофеина в крови до привычного уровня, я сказал "Алло!" тем голосом, каким мой тёзка, наверно, беседовал с Люисом Тэринов в битве у врат Паарен Дизен. Но ранний звонок нёс не битву, а радость: перемиренные меж собою мать, дочь и её жених решили, что неплохо бы подарить мне что-нибудь, и спрашивали, что именно, деликатно предупреждая, что изобилием финансов они не страдают. "Может, для образа что?" - поинтересовалась, кажется, маман. "Парик! - отвечаю я. - Да получше!" - и валюсь на диван под новый трезвон - на этот раз, будильника. Встаю, вливаю в глотку каф (вкусом и ароматом которого можно наслаждаться вечно - но только не с недосыпу!), и только потом понимаю, что заказал вещь, для себя непривычную. Не то, что бы я никогда не носил парики - но всегда предпочитал изгаляться над собственными волосами. Но - менять что-либо было влом, к тому же - стало чрезвычайно любопытно - что они подарят и когда? Как-никак - Новый Год на носу... Но ждать пришлось недолго - до следующего утра. Я снова был невыспан, пожалуй, ещё круче, но голос, звучавший в трубке, был воистину ангельским: "Парик готов, есть только одна проблема - ближайшие дни мы в разъездах - давайте встретимся сегодня. Или уже после праздников..." "Да какие после! - подскакиваю с кровати я. - Сегодня и немедленно! Куда подъехать?"читать дальше
("Ух ты, говорящая рыба!")
Кто ещё помнит, что я не только громы способен метать, но и весело смеяться, тот поймёт, что нас ожидает "Лола Эстебан Part 3" Итак, занавес, вернее - звонок после многотрудного дня и слишком короткой ночи. Едва продрав глаза и ещё не успев повысить концентрацию кофеина в крови до привычного уровня, я сказал "Алло!" тем голосом, каким мой тёзка, наверно, беседовал с Люисом Тэринов в битве у врат Паарен Дизен. Но ранний звонок нёс не битву, а радость: перемиренные меж собою мать, дочь и её жених решили, что неплохо бы подарить мне что-нибудь, и спрашивали, что именно, деликатно предупреждая, что изобилием финансов они не страдают. "Может, для образа что?" - поинтересовалась, кажется, маман. "Парик! - отвечаю я. - Да получше!" - и валюсь на диван под новый трезвон - на этот раз, будильника. Встаю, вливаю в глотку каф (вкусом и ароматом которого можно наслаждаться вечно - но только не с недосыпу!), и только потом понимаю, что заказал вещь, для себя непривычную. Не то, что бы я никогда не носил парики - но всегда предпочитал изгаляться над собственными волосами. Но - менять что-либо было влом, к тому же - стало чрезвычайно любопытно - что они подарят и когда? Как-никак - Новый Год на носу... Но ждать пришлось недолго - до следующего утра. Я снова был невыспан, пожалуй, ещё круче, но голос, звучавший в трубке, был воистину ангельским: "Парик готов, есть только одна проблема - ближайшие дни мы в разъездах - давайте встретимся сегодня. Или уже после праздников..." "Да какие после! - подскакиваю с кровати я. - Сегодня и немедленно! Куда подъехать?"читать дальше