Порой выход возможен лишь через трещину в мироздании. И да не дрогнет рука расколоть его, как орех! (©Элан Морин Тедронай)
Касыда о Мече
Подобен сверканью моей души блеск моего клинка:
Разящий, он в битве незаменим, он – радость для смельчака.
Как струи воды в полыханье огня, отливы его ярки,
И, как талисманов старинных резьба, прожилки его тонки.
А если захочешь ты распознать его настоящий цвет,
Волна переливов обманет глаза, будто смеясь в ответ.
Он – тонок и длинен, изящен и строг; он – гордость моих очей,
Он светится радугой, он блестит, струщийся, как ручей…
Ношу я тебя не затем, чтобы всех слепила твоя краса,
Ношу на готове, чтобы рубить шеи и пояса.
Мой яростный блеск, когда ты блестишь – это мои дела;
Мой радостный звон, когда ты звенишь – это моя хвала!
Живой, я живые тела крушу, стальной
ты крушишь металл –
и, значит, против своей родни каждый из нас восстал!..
(Абу-т-Тайиб Ахмад ибн аль-Хусейн аль-Мутанабби)
ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BB%D1%8C-%D0%9C...
Подобен сверканью моей души блеск моего клинка:
Разящий, он в битве незаменим, он – радость для смельчака.
Как струи воды в полыханье огня, отливы его ярки,
И, как талисманов старинных резьба, прожилки его тонки.
А если захочешь ты распознать его настоящий цвет,
Волна переливов обманет глаза, будто смеясь в ответ.
Он – тонок и длинен, изящен и строг; он – гордость моих очей,
Он светится радугой, он блестит, струщийся, как ручей…
Ношу я тебя не затем, чтобы всех слепила твоя краса,
Ношу на готове, чтобы рубить шеи и пояса.
Мой яростный блеск, когда ты блестишь – это мои дела;
Мой радостный звон, когда ты звенишь – это моя хвала!
Живой, я живые тела крушу, стальной
ты крушишь металл –
и, значит, против своей родни каждый из нас восстал!..
(Абу-т-Тайиб Ахмад ибн аль-Хусейн аль-Мутанабби)
ru.wikipedia.org/wiki/%D0%90%D0%BB%D1%8C-%D0%9C...